«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

Первый матч в профессиональном футболе Дмитрий Хомич провел еще в XX веке, когда в сезоне-2000 вышел во втором дивизионе за «Моздок» – во времена, когда в Осетии часто слышались выстрелы. Дальше были четыре года в «Алании» и столько же – в московском «Спартаке» (застал Старкова, Федотова, Черчесова, Карпина, в интервью рассказал о каждом), где Дмитрий больше сидел, чем играл, а затем насыщенный период, за который он увидел крах «Алании», предательство в Казахстане и смерть «Амкара». 

Последний клуб Хомича в РПЛ – «Химки», из которых он ушел в мае 2021-го (удивитесь зарплате). Последний клуб в целом – «СКА-Хабаровск». За команду Юрана Дмитрий провел два матча, после чего с ним расторгли контракт. Сейчас 37-летний Хомич – свободный агент. 

Александр Головин встретился с вратарем. 

– Да. Первая тренировка после заезда – тест Купера, все время надо бегать-бегать, ни одного выходного за две недели, плюс еще вратарская нагрузка отдельно. Не имеет значения, сколько тебе лет – 18 или 33, все работали одинаково, даже вратари. А нам с Джамбулатом Базаевым и Жорой Габуловым он говорил: «Вы более опытные, должны молодежи задор дать, они у вас учатся». Приходилось впереди бегать, чтобы они нас все время догоняли. 

Бывало, что кто-то после такого в кусты ходил – блевал. Лично видел, мы тогда все сборы в «Кемпински» проводили. 

Или взять первый сбор в Железноводске с его сыном. Три тренировки в день: утром бегали, потом – тренажерный зал и баскетбол, гандбол или теннисбол, вечером – бассейн на 45 минут. Но мне легко давалось, потому что со времен старшего Газзаева делал аэробную работу до сборов, готовил себя. И всегда любил приезжать на сборы: тебе ведь ничего не надо делать, просто выходить и набирать физическую форму. Ты же не для кого-то тренируешься, а для себя, готовишь себя. 

– В «Спартаке» – неважно, ливень или шторм – в 7:30 утра до завтрака Клейменов выводил на песок и говорил: «Давайте в падении головой прыгать». В песок – вниз головой. Мы смотрим: идет дождь, как будем это делать? 

Я многое видел, но такое впервые. Ладно, попрыгать через резинку, колени к груди. Типа акробатика, вратари ведь часто прыгают кулаком вперед. А он предложил головой в песке ковыряться. В итоге приземлялись, все лицо грязное, еле отряхивались. Для чего это нужно было? Логику вообще не понимал. 

– С «Аланией» при Аверьянове в 2001 году поехали в Сирию. Прилетели в Дамаск, там еще постреливали. В гостинице сказали, что поля посыпали какими-то гербицидами, нельзя тренироваться. Хотя мне показалось, дело в том, что там война шла. Решили не оставаться, потому что нам посоветовали: «Да тут на автобусе всего шесть часов до Турции». Загрузились 50 человек, поехали. Едем окольными путями шесть часов – никакой границы. Едем еще шесть часов – доехали до какой-то границы. После нее пилили 12 часов. В сумме сутки добирались. 

В Израиле, кстати, тоже стреляли. Туда с «Аланией» ездили и со «Спартаком» на Кубок Первого канала. Дорога вообще шла чуть ли не через Палестину. Едешь – справа сетка, за ней Палестина. И предупреждение, что возможны обстрелы. 

Помню, как в детстве стреляли, когда шла война во Владикавказе. Отец служил в МВД, мы ехали с ним и братом с учений с курсантами. Машина – лавочки и брезентовый кузов. По нам начали стрелять. Курсанты сразу перезарядили обоймы. В ответ не стреляли, но на всякий случай подготовились. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

Бойцы в дни осетино-ингушского конфликта 1992 года в окрестностях Владикавказа

– На 120-й минуте, да. Для меня это было единственное дерби – хоть и на сборах, но именно дерби, заруба, а не товарищеская игра. Павлюченко и Игнашевич головы себе разбили, шишки набили – такой накал. 

Мы должны были побеждать, но Жо все испортил, забил головой. Если бы не он, была бы серия пенальти. А я на 100% знал, что мы ее выиграем. Свои два я отбил бы – как всегда. Я по пенальти сильный. Еще в детстве отбивал много пенальти. Есть свои козыри, не буду рассказывать, какие, потому что пригодятся. Вот после карьеры все расскажу, все секреты.

– Есть много нюансов. Можешь и реагировать, и предугадать, и заранее пойти, и игрока в заблуждение ввести. Вспоминаю Городова и Миранчука прошлой осенью – тот просто стоял на месте, а этот взял и в него ударил. Это значит, что Городов человека прочитал, что-то внутреннее ему подсказывало не падать.

Или как я взял от Глушакова, когда сыграли 2:2 против «Локомотива» в Черкизово. До этого – еще в Нальчике – в эти же ворота отбил от Одемвингие на 93-й, закончили 0:0. Тут играю за «Аланию», чувствую, что судья прибивает нас. Там максимум четыре минуты, а он добавляет семь. Последний угловой – ставит пенальти. Я сразу сказал себе, в какой угол буду прыгать, и решил, что отобью. Так и получилось: Глушаков пробил в тот угол, я отбил, мяч еще в штангу попал. 

После игры сидели в ресторане, Денис сказал: «Не поверишь, до этого я никогда в жизни в этот угол не бил» – «А я про себя сказал, что ты именно в этот угол пробьешь, и я отобью. Я тебя просто съел».

– Да, нереальная уверенность, что отобью. Как будто заговорил его. Может, мысли материализуются. Не всегда, конечно, так получается, но большинство раз мне что-то подсказывало, и получалось. 

– Да. Если бы 50% денег отдали, сейчас бы вообще отдыхал. 

Хотя ладно, я хочу играть. Ощущение, что у меня открылось второе дыхание, есть силы, желание. Смотрю на молодежь, и мне в кайф конкурировать. Даже пацаны говорят: «Откуда у тебя энергия?» – «Да мне интересно». Если будет неинтересно, сразу уйду с тренировки, закончу карьеру. Но пока такого нет. 

– «Алания», «Амкар», «Спартак» Нальчик. 

Причем в «Нальчике» не додали премиальные, когда уходил из аренды. Сказали: «Ты езжай в Москву, отдадим». Потом даже какую-то бумагу подписывал, что пришлют. Так и не прислали: «Ты в московском «Спартаке» играешь, тебе хватит». Как всегда все по-братски, и так плохо закончилось. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

Отношения-то дружеские были: я помог им, они – мне, дав практику, хорошо сезон провели. Тогда в первый раз с этим столкнулся, думал, что отдадут – ну как могут не отдать деньги? Ты же их заработал, тебе должны отдать. Оказывается, можно. В чужой карман засунуть. 

– 11-12 миллионов, не платили восемь месяцев. Плюс за свой счет делал операцию в Германии, полмиллиона отдал. В клубе говорили, что все, надо заканчивать, а я решил, что поеду, сделаю операцию и буду дальше играть. Предоставил чеки, позвонил, но в бухгалтерии был отключен телефон. Случайно. 

– За счет старых запасов. У кого-то и их не было, клуб – это ведь не только футболисты, но и менеджеры, массажисты, другой персонал – никто из них тоже ничего не получал. 

После того, как прошло полгода, я не верил, что деньги не отдадут. Потому что были обещания, потом бумагу дали, что все выплатят. Плюс у меня контракт, хорошая команда, мы выигрывали, я хотел играть. Даже мыслей не возникало об уходе: я – воспитанник «Алании», «Алания» – мое сердце. Внутри что-то подсказывало, что все наладится. 

Но слова продолжались, а выплат не появлялось. Когда проходило собрание во Владикавказе, я даже не полетел, потому что знал, что опять будут слова, что отдадим. Если полгода так говорят, лучше вообще тогда ничего не говорить. Просто сказать: «Подождите». А не кормить завтраками. Это не солидно. 

– Руководители, Стельмах  (был начальником команды в ЦСКА при Газзаеве, в «Алании» работал директором – Sports.ru). Там написано, что такую-то сумму мы вам должны, обращайтесь, куда хотите, делайте, что хотите. Мы подавали в палату, но ничего нет. 

Не знаю, как клуб просто обанкротился. И где деньги – не знаю. Я-то их не украл, не где-то взял, я их заработал честно, и мне должны их отдать. Но до сих пор не получил ни копейки.  

– Тоже. Говорил, что руку на отсечение дает, обещал, что отдаст. Но не сделал, нету. Пусть останется на его совести. 

Кстати, у нас и до этого с ним возникла странная ситуация. Когда я только пришел в «Аланию», мне дали 60 тысяч долларов в месяц. Когда вылетели, Валерий Георгиевич попросил упасть в два раза: «Ты пойди на уменьшение в 50%, а как вернемся в РПЛ, я тебе снова 100% сделаю. Вот тебе моя рука». 

Без проблем, согласился. Хотя мне говорили: «Не соглашайся, бумаги нет, тебе не сделают. Без бумажки ты какашка». Мы вернулись в РПЛ, и Газзаев ничего не сделал. Просто на пять тысяч поднял. 

Я подошел, он ответил: «Больше не могу сделать». Я развернулся и ушел. Кому-то он мог делать… 

– Бог сверху есть, он все видит. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Так после этого много раз видел его в Марбелье на сборах. Они с Семиным на футбол ходили: «Привет, ну что ты? Как ты? Тренируешься?» Ощущение, что ничего не произошло. Я подошел, потому что руку протянул старший – нужно поздороваться. Мог, конечно, развернуться и уйти, но я не конфликтный человек. Может, в глубине держу обиду, но подойду и протяну руку. Все бывает в жизни.

Он даже как-то звонил, на юбилей приглашал. Не пошел, потому что не смог – куда-то уезжал. Так бы пошел, почему нет? 

– Пусть останется на его совести. Если захочет вернуть, позвонит и скажет: «Дим, давай отдам тебе деньги». Я отвечу: «Спасибо, Валерий Георгиевич». И, конечно, возьму без проблем. 

Если отдаст, половину переведу детям в школу, на благотворительность – кому надо будет. 

– Не платили три-четыре месяца. И тоже не было ощущения, что не отдадут. Тем более команда крепкая, дружелюбная, вообще топ. Дорогого стоит, когда все друг за друга. Обычно так случается, когда провинция, когда нет денег и все друг друга поддерживают, друг к другу ходят. Когда играешь в «Спартаке», «Локомотиве», «Динамо» – в большом городе и вовремя приходит зарплата, то у всех сразу свои дела. Садятся в машину – и разъезжаются. Сам понимаешь. 

В Перми уже ходили слухи про закрытие, накопилось много долгов. Завтраками никто не кормил, бумаг не давали, но пацаны сами сказали: «Давайте доиграем до конца». Все-таки Вадим Валентинович Евсеев был главным тренером, только начинал путь и не хотелось, чтобы у него было так, что мы не выйдем и не будем играть. Плюс хотелось довести дело до конца. Честно сказать, что мы команду сохранили, оставили в Премьер-лиге. 

В итоге свое дело сделали, ждали решения. И не дождались. Как всегда: все делаем, все отдаем, а обратного нет. Бумеранг кидаем, а он куда-то улетает – то на восток, то на запад. Обратно не возвращается. 

Сейчас с ними сужусь. Посмотрим, отдадут или нет. 

– Нет. С кем там судиться? 

– А что, будут? Только если в XXII веке. Сколько им надо переделывать, стадион еще новый построить.

Это не обида, просто отдавайте деньги, которые должны, которые я заработал своим трудом, когда тренировался в минус 30, как и все. Отдавайте. Почему я должен кого-то прощать? Ты сейчас сидишь, со мной общаешься, тебе же оплачивают командировку? А давай не будут оплачивать. Ты будешь ездить за свой счет или на другую работу уйдешь? 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Нет. Я же не Шерлок Холмс, не Доктор Ватсон. Моя задача – играть, ловить мячи, я футболист. Расследования пусть делают те, кто на это учился. 

– Да. 

В «Кайрате» [в 2014-м] дали 30 тысяч. Хорошо, учитывая, что в «Алании» до этого не получал восемь месяцев, плюс травмированный был. Перед переходом звонил еще Хабаровск: «Даем тебе 300 тысяч рублей, ты травму получил» – «Вы издеваетесь, что ли? Это не солидно». Знал, что могу выше и лучше, что я игрок Премьер-лиги. 

– 15 тысяч долларов. Но еще давали подъемные: если заявляли на сезон, то выплачивали 180 тысяч. В сумме получалось 350 тысяч долларов. Если уходил в аренду, то никаких подъемных не получал. 

– В тот момент там и выше зарплаты были. 

Честно скажу, на меня давило. Я ведь еще воспитанник. Мальчики за воротами кричали: «Хомич, сколько у тебя зарплата?» Газеты писали: «Вот, он получает столько». Хотя какая разница? Я ведь их не воровал. Мне их предложили, я выходил и играл. Или приезжал бы другой, ему платили бы столько же, и он их заслуживал, получается? Что делать, если мне давали такую сумму. Считаю, что я даже больше заслуживал на самом деле. Для них это было дико, а для меня не дико. Я считаю, что я – в праве. 

При этом я ведь и помогал кому-то. От семьи деньги скрывал, на благотворительность отдавал, и никто об этом не знал. Если делаешь добро – делай.

– 500 тысяч рублей. Я в разводе три года и уже могу говорить на эту тему: тогда показали видео с больным ребенком, просили помочь. Я просто пришел к семье и наличными отдал. Не называл фамилию, кто я, что я. Зачем говорить? 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Нет, просто это мой принцип: если хочешь сделать человеку добро, то должен сделать молча. Тогда душа подсказала, что хочется помочь, взять и отдать. Жена никак на это не влияла. 

– Серьезно сказать? Ты смеяться будешь. Когда говорю, никто не верит. 260 тысяч рублей. 

– Сколько есть, столько получаю. И плачу 50% алиментов за трех детей. 

– Да я тебе серьезно говорю. Хочешь, возьми ведомость и посмотри. Или смску показать? 

– Вот, зачислено 57 тысяч рублей. Это аванс, наверное. Следующее сообщение – 100 тысяч 500 рублей. Убедился? 

– Да нет у меня больше. Бывает такое. Я ко всему готов, вырос в обычной семье. 

Поэтому ни на что не трачу. Сразу все списывается. Считай, бесплатно играл. Конечно, мне нужны деньги, как и любому человеку. Хочется больше, но…

Знаешь, когда начинают смотреть на возраст, я вообще не понимаю. Если человек соответствует уровню, играет, то давайте, пожалуйста. А то иногда приезжают, и им дают такие суммы, что думаешь: «Ты больше них тренируешься и работаешь, как так?» Если в клубе считают, что я старый – я не старый. Мне в душе 18, как говорят: «Дели на два». Вот мне сейчас столько. 

– Мне обещали больше, но не выполнили. Один руководитель поменялся, второй, третий, четвертый, я не успевал фамилии запоминать. Но ничего, я не из тех, кто живет одним днем. 

Считаю, что еще не сказал последнее слово, хочу играть. В «Химках» долго не играл – лечился, вышел Лантратов. Но он вырос в том числе потому, что я ему конкуренцию создал. Мы все вместе – и Егор Генералов. Если внутри здоровая конкуренция, то вратарь будет расти. Не надо палки совать в колеса – надо помогать, при этом конкурировать, заводить. 

– У меня их просто нет. Все семье отдавал, покупал недвижимость. 

– Не я сдавал. Бывшая сдавала, все ей капало

– Не все, половина по закону – квартира. Хотел купить дом, у меня все по плану было, все расписано, но когда тебе столько не выплачивают, то планы рушатся. А у тебя еще семья увеличивается, у меня ж три сына. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– И я вкладывал. Квартиры покупал под сдачу. Делал бывшей турфирму на Тверской: год поработало – и не пошло. 

– Честно сказать, просто тупо отдавал деньги, а там уже ими распоряжались. Она занималась, потому что я работал, мне не до этого. 

Посторонним не отдавал – тогда столько афер было. Приехал в Москву, ничего не знал, только слышал: одного обманули, второго, третьего. Вот ложных друзей появлялось очень много. Какие-то друзья друзей. Уже проверено по несколько раз. Они очень быстро появляются и очень быстро исчезают, как поганки. 

– Отдыхать. Понятно, что расплачивался за них. Погуляли, отдохнули – на здоровье. Если честно, вообще ни о чем не жалею. Все, что сделано, – оно сделано, назад не вернешь.  Себе хуже сделал, а кому-то лучше. Не жалею, потому что это тоже опыт, урок. 

– Где-то под 450 тысяч. Сидели человек семь-восемь. Но не в ресторане – в бане. 

– Когда пришел в «Химки», форму набрал. С женой война была, но еще жили в одной квартире вместе. Она тогда подала на алименты, я вообще в шоке был. Как будто когда-то деньги зажимал. Сейчас плачу алименты и еще по мере возможности даю.

– Сейчас с ней не общаюсь даже. Тема закрыта. С детьми общаюсь каждый день, они для меня – самое главное. Маленький говорит: «Пап, ты где? Хочу гулять с тобой». Старший отвечает: «Да он на сборах в Турции» – «А я хочу все равно хочу с ним гулять». 

Все бывает в жизни, не сложилось – значит оба виноваты. Считаю, что, может быть, где-то я разбаловал. Она сама ушла, захотела к другому – и ушла. Ну, ушла и ушла, ее право. Чуть тяжелее стало – сбежала. Сбежала и сбежала – до свидания. На этом жизнь не заканчивается. 

– Да, говорил, что надо чуть-чуть притормозить, а человек не понимал. Не понимаешь – иди, чего хочешь, то и делай. 

– Я говорил, что нет денег, где я их возьму? Я же их не печатаю. «Когда, когда?» – «Ну нету». 

– Порш, да. Не каждые полгода, но… Нормально все, это жизнь. 

– Ее право, разлюбила меня значит. 

– Да мне неинтересно. Хоть у него вертолет, корабль, хоть ничего нет. Если они любят друг друга, то я им желаю счастья. Пусть живут.

– Это долго длилось. 

– Даже вспоминать не хочу. Вспоминаю, умираю, черные глаза, ха-ха. 

Не хочется выносить сор из избы. Это все там осталось, уже назад не вернуть. Если ей хочется выносить, меня где-то выкладывать, обвинять, в фильме… Да пусть что угодно рассказывает. Это женщины, им это надо, надо куда-то что-то подлить, засунуть. Я тоже могу вылить много информации, но я это не сделаю.

– «Сборная жен». Она меня хаяла, какой я плохой, как мне рассказывали. Ну плохой, от хороших мужей не уходят, правильно? Значит плохой. Кому-то достанусь хорошим. Может, не достанусь. 

Мне сейчас комфортно. К детям приехал – уехал. Я доволен. 

– Да. 

– Я? Чтоб в активном поиске? Это они в активном поиске, а не я. 

– Есть много хороших подруг. Я свободный человек, после развода загулял – что хочу, то и делаю. Хотел понять, почувствовать, как это.

– Великолепно. 

 – Да нет. На самом деле я семьянин, люблю семью, приезжать к детям, но если так случилось… 13 лет в официальном браке прожил, строил, хотел, а потом взять и так разрушить…

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

Дмитрий Хомич с бывшей женой Алиной

Мне на самом деле очень обидно. Потом два года в себя приходил. Через два года где-то отпустило. До этого нет-нет, да ловил психоз, и чего только не было. Чудил. Но главное, что прошел это. 

– Мог не спать два дня. Просто тупо не спать. Перед играми даже такое бывало: знал, что завтра игра и просто не мог уснуть. 30 минут кемарил и выходил на матч. Очень плохой сон был. Мог за неделю в сумме только три ночи поспать. 

Обидно было, заливал это дело и пивом, и виски. Не каждый день, конечно. 40 градусов – максимум три дня. Сидел-сидел так, а потом думал: «Ну кому я лучше этим сделаю? Себе только хуже». 

Помогло, что знал: у меня тренировка, на которую надо идти с удовольствием. Поэтому много нельзя. Тренировки меня спасали, пацаны подбадривали, тренер. Я приходил угнетенный, а они подбадривали. Как-то вылез, сейчас уже все по кайфу.

– Да я сам себе психолог. Надо было просто себе перебороть, в себе копался. Вообще, главное – пройти через это самому, чтобы понять, что и как. Я прошел и пересмотрел многое. Больше не такой доверчивый. Раньше мог совсем с незнакомыми людьми общаться, сейчас такого нет. Сейчас держу на расстоянии, осторожно. Есть свой контингент друзей, остальных близко не подпускаю. 

– Пусть они меня задаривают. Подарки закончились, только для детей и для мамы. 

– Да почему? Ни на кого не обозлился. Просто слишком легко им все дается, пусть они думают тоже, что и как. Они тоже ищут, хотят найти себе высокого, симпатичного, при деньгах. Я сразу скажу, что у меня денег нет, пусть не липнут ко мне. 

– Не всем, легко дается только эскортницам.

– Стало легко. Меня даже спрашивали, почему я улыбаюсь на сборах. А что, если тяжело, мне плакать, что ли? Да, болят ноги, но это мышечная боль, ты мужчина или кто? Это же не перелом, тебе же не дали молотком. Ты должен терпеть, у всех все болит. Ты мужик, и это не бальные танцы. 

Мне не нравится, когда человека задели, по ноге зацепили, а он что-то там корячится. #####, ты футболист или кто? Тебе же ногу не сломали. Бывает больно, когда в кость. На самом деле больно. Но когда от малейшего касания падают, крутятся – неприятно смотреть, даже стыдно как-то. 

– Да ничего. Этим он себя унижает, а не кого-то. Месси всю жизнь бьют, шарашат. Он встает, играет и ничего не говорит. Великий игрок. А Неймар… По мне, Зубастик Роналдо был топовее. 

По поводу боли и травм. У меня возникло много ситуаций, когда говорили:  «Сейчас закончит, сейчас закончит». Даже последний раз – с «Химками» – порвал заднюю крестообразную. Талалаев сказал: «Иди давай операцию делай» – «Я через три месяца уже буду готов» – «Тебе операцию делать надо» – «Если сделаю операцию, пропущу 10 месяцев и закончу» – «Смотри, ты отвечаешь сам, на себя ответственность берешь» – «Хорошо, я беру на себя ответственность». 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

Через три месяца, как и сказал, был готов. Ровно три месяца прошло – я вышел на тренировку в общей группе. Мог и сломаться, но поставил себе цель. Сказал, что хочу, и добьюсь этого. Когда я хочу добиться цели, я ее добиваюсь. 

– Больше всего пропустил, когда руку ломал, – шесть месяцев. До сих пор стоит металлическая пластина. Все случилось в игре с «Шинником» за «Аланию». Горбатенко подавал в створ ворот, я на выходе играл на сгибе – выбивал мяч. Нападающий «Шинника» – Дудченко или Дедечко – хотел лбом ударить и попал мне в кость. Газеты потом писали: «Он неудачно приземлился, сломал кисть». Хотя он мне лбом проломил руку, лоб вообще самая сильная кость в организме. 

После матча в Ярославле поехал в травмпункт, сделал рентген. Бабушка-врач сказала: «Внучек, у тебя через три недели все заживет». Такой гипс наложила до плеча. Я нажал на него и не почувствовав кости, вся оказалось мягко. Кость была просто вдавлена.  

Отправил снимки в Мюнхен, чтобы посмотрели, что и как. Там ответили: «Если прилетишь к 10 утра, успеем сделать операцию». Позвонил жене, чтобы искала какие-нибудь билеты. «Билетов нет». Сказал: «Ищи все равно какой билет, бизнес, еще какой-нибудь – без разницы». Из Ярославля сразу приехал в «Домодедово». 

В Германии поставили пластину, потому что кость и правда оказалась вдавлена внутрь. Объяснили, что без пластины никак, если хочу играть дальше. Полгода после этого, когда падал, рука звенела. Было больно, но терпел. 

– Как будто что-то по мозгам ударяло, иногда слеза была. 

Сейчас уже ничего не чувствую, даже шов не видно. Сказал не портить татуировку в честь сына, они аккуратно сделали. Но хожу как Робокоп с железом внутри – можешь потрогать. Кость так и осталась кривая, ее просто закрепили и поддерживают. Сейчас покажу фотографию. 

Вот, видишь какая? Пальцы, как сардельки, рука неживая вообще, опухшая. Отек не сходил четыре месяца. Рука надутая, как будто можно было взять иголку и проткнуть, чтобы она лопнула. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Не сказал бы, но долго не тренировался. В итоге сын смотивировал. Мы лежали, смотрели «Легенду №17». Он сказал мне фразу из фильма: «Ну чего ты, пап? Иди, тебе ж не больно». И вот я пошел, начал бегать. В сумме пропустил пять месяцев, никому был не нужен и поехал в «Кайрат».

– Да, ничего страшного. С «Аланией» в 2003-м играли против «Локомотива». Прыгнул в ноги Обиоре, когда он вышел один на один. Он мне прямо в нос засадил. Нериус Бараса еще побежал на него, его удалили. 

Доиграл игру, пришел домой, а у меня такой нос, такие глаза. Мама в шоке, говорит: «Ложись». А я: «Да не, все нормально, пройдет». 

Сильно ударили, когда играл с «Нальчиком» на «Родине» против «Химок». Прыгнул в ноги Низамутдинову – тоже выходил один на один. Он случайно попал коленом в висок. Я упал и потом не помню, что было. Говорили, Гогуа язык доставал, но я не помню даже, доиграл или не доиграл игру. После этого неделю дома отдыхал, Красножан сказал не приезжать. 

А Пилипчук тогда забил, хотя должен был остановить мяч и не добивать. Видит ведь, что травма. Здоровье спортсмена важнее, чем то, что ты забьешь и порадуешься. 

– Конечно. Считаю, что в «Спартаке» мне вообще не дали шанса. Мне говорили оставаться и ждать шанс, но сколько его можно ждать? Я играть хочу, не люблю просто так получать деньги. Мне энергию надо сбрасывать. 

Остался бы в 2008-м и просидел бы еще год в запасе, а так в «Нальчике» поиграл. Для меня всегда было счастьем, когда команда выигрывает, я командный игрок. А в «Спартаке» не выпускали. Сколько у меня там матчей в Премьер-лиге? Когда Ковалевски пропускал с «Зенитом» из-за перебора желтых, мы выиграли 1:0, Быстров забил на 93-й в «Лужниках». Потом Войцех получил травму, я в Раменском вышел. И с «Динамо» в первом туре. 

– Да мне какая разница? Команда выиграла (4:3 на выезде в ноябре 2006-го– Sports.ru). Я хоть 10 пропущу. На один мяч больше забивают – я доволен. Никогда не ставил себя выше команды. Если бы хотел выделяться индивидуально, пошел бы в борьбу или в теннис. 

– Когда Карпин сказал: «Ты можешь оставаться, меня устраивает, как ты тренируешься – и в быту, и везде, но играть ты не будешь. Может, даже на замену не будешь попадать». Тогда я понял, что смысл? Мне дали понять, что я не нужен. Поступило предложение из «Алании» – пошел. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Владимир Григорьич в меня верил, давал молодежи играть, я ему правда очень благодарен. 

По поводу того, как попал – было по-другому. Мне просто позвонил агент и сказал: «Сначала тебя хочет «Локомотив», но есть еще вариант в «Спартаке». Перед последним туром в 2004-м приехали с «Аланией» на выезд к «Динамо». Позвонил Биджиев, который тогда работал в «Локомотиве»: «Подъедет такая-то BMW, поморгает – выйди с отеля». Мы жили в «Аэростаре» на Ленинградке. Вышел, встретились. Я сказал, что нужно время подумать, не могу ответить сразу, потому что завтра игра. 

В итоге остановился на «Спартаке». В детстве смотрел Лигу чемпионов по НТВ, еще Маслаченко комментировал. Мне нравился «Спартак», и я хотел именно в «Спартак». Пришел, там Титов, Парфенов, Аленичев, Ковтун. Раньше я их по телевизору смотрел, а тут приехал – и они рядом. 

– Это правда. Что мы были, что не были. Но многие тренеры не знают игроков по именам. Дзодзуашвили в «Алании» кричал: «Эй, ты в шапке, как тебя там? Иди сюда, по дороге пас давай». 

– Да. Сколько его знаю, такой. Зашел как-то на теорию: «Глаза не прячьте, я рентген. Я вас просвечиваю, про каждого знаю, кто и где вчера был». 

Когда он еще был спортивным директором, я говорил с ним, объяснял, что хочу уйти в аренду. Он ответил: «Сиди и жди, я сидел и ждал шанса» – «Это вы, а это я, я хочу играть» – «Что ты себе позволяешь?» Но я все равно ушел. 

Он все говорил, что ему нужен опытный вратарь, привез Плетикосу – хорошего человека и вратаря, но в тот момент он нигде не играл. Он разве играл в «Шахтере»? А почему пришел в «Спартак» и сразу начал играть? Я провел первый тур с «Динамо», а называют состав на второй – меня нет, там Стипе. И весь сезон я потом не играл. Только последнюю игру с «Тулузой» сыграл в Кубке УЕФА – когда Дзюба забил, но неудачно. Не поймал мяч. Хотя все не ловят. Даже Акинфеев на чемпионате мира не ловил – и не один раз. 

– Никаким. 

– Да. Интересно, кто раскрыл его, в «Спартаке» он молчал. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Я вообще не хочу про него говорить. Слишком много говорят. 

– Ну, я его в «Спартаке» закрывал, подсрачниками гонял. 

– За длинный язык. 

– Не на того просто нарвался. 

– Давно, не помню подробности. Чего-то в квадрате. Я ему: «Рот прикрой, молчи» – «Да-да-да» – «Хорошо. Подождем, когда тренировка закончится». Потом зашел в его номер, взял за горло и сказал: «Еще раз что-то скажешь… Смотри у меня» – «Все, понял». Тема закрылась. 

– Первый раз слышу. Вот Курбис из «Алании» звал в «Аяччо». Тренером вратарей у нас тогда работал Кристиан Деляше, они хотели меня. Курбис говорил: «Хочешь, поехали со мной?» Но я выбрал Россию, конечно. Не понимал тогда, что такое Европа. 

– Ходили слухи про «Динамо» Киев, не знаю, правда или нет. На Кубке Первого канала какая-то израильская команда интересовалась. Еще про «Герту» Берлин говорили, но кто говорил? До меня конкретика не доходила. Вот «Локомотив» и «Спартак» – да.

***

– Чтобы себя заводить, мне так нравится. Люблю кричать. Если просто стою, то я сам не свой, это не для меня. Обычно приходишь после игры, и у тебя виски пульсируют, голова разрывается. Сразу идешь к доктору и просишь две таблетки. Если так происходит, значит ты полностью отдался игре. 

«У Дзюбы длинный язык, в «Спартаке» гонял его подсрачниками». Вратарь, которого кинули на деньги в трех клубах

– Как Боженька даст. Пока есть силы, желание и стремление. Хочется выиграть что-то, за что-то зацепиться. Нет ничего нереального в жизни. Было бы идеально против сына старшего сыграть. Сейчас ему 15. 

– Всегда им был. Знал вообще все про футбол, про футболистов, да и не только футбол. И про теннис, и про волейбол, я все смотрел – все виды спорта. На улице целый день пропадал. С мячом спал, тренировался на гаревом поле.

Кстати, я никогда в воротах не играл, любил с мячом возиться. Даже по юношам говорил тренеру, что не хочу в воротах играть. Он ответил: «Будешь за вторую команду в нападении». Помню турнир, на котором стал лучшим вратарем и лучшим бомбардиром. Одну игру я играл за основную команду в воротах, другую за вторую команду – нападающим. Даже дома вырезка лежит из газеты – вся уже желтая. 

– Первый тренер спросил фамилию, услышал и сказал: «Будешь в воротах». Так и пошло. 

– Всегда хотелось наоборот – что-то доказать. Сейчас думаю, что организм сам скажет стоп, пока такого нет. Мне хочется. Мне хорошо, легко, комфортно. Не скажу, что я от кого-то отстаю, любого можешь спросить, как я тренируюсь, и любой подтвердит, что в порядке. 

Мне Чилаверт всегда нравился – и как штрафные клал, и вообще его стиль. Как и он, не люблю стоять на линии, люблю с полевыми рядом, это мой стиль. Я и сам пенальти забил недавно – «Нижнему Новгороду» в Кубке. Мы тогда 10:9 выиграли. 

Чилаверт до каких играл? До 40. Ну вот мне даже еще не столько.  

Источник: sports.ru

Похожие статьи

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован. Обязательные поля помечены как (обязательное)

8 − 3 =