Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

Финал Гран-при по фигурному катанию, который планировался в Осаке в следующие выходные, отменен.

В последний раз он проводился в декабре 2019-го, когда все границы были открыты, «локдаун» не стал словом года, а мир не переругался по поводу вакцинации.

Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

Первая реакция у многих – эмоционально потребовать забрать у Японии право проведения всех возможных соревнований. Это писали и о Канаде после отмены ЧМ-2020 в последний момент, и о Китае, отказавшемся от предолимпийских этапа Гран-при и чемпионата четырех континентов.

Также предлагалось забанить Польшу за позднее время начала соревнований на Warsaw Cup, Францию – за отвратительный мокрый лед и снова Канаду – за необоснованное лишение Рафаэля Арутюняна аккредитации. Вероятно, после слов Александра Когана «надеемся, все уберегутся от ковида» про легкомысленный сочинский этап без пузыря, кто-то из иностранцев предлагал отменить и Россию.

Следуя такой логике, проводить турниры по фигурному катанию будет просто негде – волшебной страны, где никто не заражается, при этом нет абсурдного самонаграждения, пузыря, масочного режима, ПЦР-тестов и карантина просто не существует.  

Приятно, конечно, было бы устраивать все соревнования в России (можно даже чередовать города: этап Гран-при – в Москве, финал – в Сочи, Евро в Питере, чемпионат четырех континентов – во Владивостоке для создания азиатского колорита), но есть три нюанса:

• ISU на это не пойдет, потому что и так страдает от нехватки географического разнообразия в фигурном катании;

• Россия временно в бане в части проведения, по крайней мере, ЧМ. Есть ли неофициальные рекомендации по поводу передачи нашей стране других крупных турниров – неизвестно;

• репутация России в вопросе борьбы с коронавирусом довольно сомнительная.

Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

Проблема еще и в том, что соревнования по фигурному катанию – не чемпионат мира по футболу. На их проведение чаще всего претендует ограниченное количество стран: например, ЧМ-2023 снова пройдет в ненавистной отныне некоторым фанатам Японии, а ЮЧМ – в канадском Калгари.  

Пандемия еще сильнее сужает круг кандидатов в организаторы. Заполнить трибуны исключительно местной публикой может минимальное число федераций – включая как раз Японию. Все остальные государства рассчитывают на приток иностранных фанатов, который по понятным причинам сейчас ограничен.

Например, россиянам попасть на эстонский Евро по воздуху можно только с пересадкой (прямые рейсы все еще отменены), а в страны, не признающие «Спутник» – в лучшем случае с ПЦР-тестами и/или карантином.

Может быть, какая-то из небольших/небогатых федераций и согласилась бы провести крупный старт с условием, что все затраты на карантинные меры и недополученные от продажи билетов доходы ей будут компенсированы ISU, но, похоже, такой вариант чиновники не рассматривают.

Вопросы по отмене финала Гран-при надо задавать прежде всего не Японии, пытающейся защититься от нового штамма и являющейся одним из главных поставщиков спонсоров для фигурного катания, а именно международной федерации.

Месяц назад коронавирус отпраздновал второй день рождения, но ISU по-прежнему узнает о запрете на собственные турниры позже местных СМИ, до последнего тянет с официальными объявлениями и воспринимает все отмены с философией Артемия Лебедева – «ну умер и умер».

Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

Юниорское фигурное катание на время пандемии практически перестало существовать для международной федерации. Чемпионат мира-2021 проводить не стали (взрослый состоялся – причем не только обычный, но и командный); серия Гран-при в прошлом году отменена (взрослая проводилась частично); справедливость отбора в нынешний финал вызывала много вопросов из-за того, что на первые два этапа из-за французских санитарных правил не попали россияне.

Прибавьте к этому то, что у юниоров не проводятся континентальные чемпионаты – еще одна возможность получить медаль, рейтинговые очки и ценный соревновательный опыт. Если ISU не пожелает сохранить и нынешний юниорский финал, проведя в конце сезона только взрослый – вряд ли кто-то удивится.

На этом фоне особенно комично смотрится последняя инициатива о повышении возрастного ценза. Если правило примут, каково будет будущим 15-летним спортсменам вынужденно задерживаться на юниорском уровне, где их не только не видит публика, но и абсолютно не слышит собственная федерация?

В июле 2020-го InsideTheGames написали, что финансовых активов ISU (299,3 миллиона швейцарских франков) хватит, чтобы «справиться с влиянием вируса-убийцы независимо от того, с чем столкнется спортивная индустрия». Пока кажется, что активы международного союза конькобежцев или изрядно истощились, или тратить на фигурное катание их не намерены.

Да, предсказать новый штамм коронавируса нереально, но можно было предугадать, например, то, что новый премьер-министр Японии будет максимально строг в своей эпидемиологической политике. Одной из причин отставки его предшественника называли решение провести Игры в разгар пандемии – после такого курс правительства неизбежно должен изменяться.

А это значит, что уже в сентябре ISU стоило задуматься о резервной площадке для финала Гран-при.

Сейчас международная федерация все больше начинает походить на персонажа анекдота про ЖКХ и внезапный первый снег. За 21 месяц с момента объявления пандемии чиновниками не сделано практически ничего, чтобы переориентировать спорт под ковид – за исключением отмены жеребьевки по разминкам и адаптации уже придуманной до ISU технологии пузыря.

Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

Меган Дюамель и американский журналист Джеки Вонг, например, предлагают концепцию виртуальных соревнований – учитывая то, что почти половина участников взрослого Гран-при представляют Россию, а почти четверть – американцы, такой формат вполне можно реализовать, отправив квалифицированных судей (пусть и в усеченном составе – бригадами по 5-7 человек) на несколько арен, готовых организовать свою часть финала.

Другой вариант – договоренность с запасным организатором для крупных турниров. Да, устроить финал Гран-при за неделю не успела бы даже Россия, но ВОЗ объявила об омикроне еще 26 ноября. ЧМ-2011 с участием 600 гостей Москва организовала за месяц – с этой точки зрения ускоренный перенос куда более камерного финала Гран-при в условный «Айсберг» не кажется нерешаемой задачей.

В коммюнике об отмене финала Гран-при ISU робко надеется, что соревнования все же удастся провести позже. Теоретически турнир мог бы занять апрельский слот КЧМ, проходящего раз в два года, но нужен ли он лучшим спортсменам в конце изнуряющего олимпийского сезона?

Несколько причин поехать на постпекинский финал Гран-при все-таки есть.

Во-первых, он выгоден спортсменам, которые попали в шестерку лучших, но не отберутся на Олимпиаду из-за ограничений в три максимальные квоты на страну (например, это российские пары и одиночницы). Для тех же, кто попадет на Игры и выступит неудачно, финал – еще один, дополнительный к ЧМ, шанс взять реванш.

Во-вторых, финал вряд ли пропустят дебютанты – например, Юма Кагияма, который все утро после новостей об отмене турнира писал разочарованные твиты. Для Камилы Валиевой в случае, если она выиграет Олимпиаду, Евро и ЧМ, участие в финале – возможность собрать неофициальный большой шлем, к которому так трепетно относятся болельщики Алины Загитовой.

Каори Сакамото, в последний раз участвовавшая в финале в 2018-м, тоже вряд ли захочет пропустить этот турнир – особенно, если его оставят за родной ей Японией.

Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

В-третьих, финал Гран-при – это отличные призовые. 25 тысяч долларов за золото, 18 – за серебро, 12 – за бронзу (в парных видах суммы те же, но делятся на двоих) и гарантированный гонорар даже за последнее место – хороший стимул для фигуристов, особенно учитывая исчезающе малое количество шоу и других возможностей заработка в условиях пандемии.

В случае отказа от соревнований кого-то из топов, туда явно согласятся приехать многие запасные: Шун Сато, Артемьева / Назарычев и Морис Квителашвили, ни разу не отбиравшиеся в финал, или Степанова / Букин, не попавшие в Осаку из-за неудачного распределения на этапы.

Пожалуй, меньше всего шансов увидеть в финале тех, кто планирует красиво завершить карьеру на Играх. Теоретически такими спортсменами могут оказаться Пападакис и Сизерон (они, впрочем, скорее предпочтут закончить выступления или взять паузу на домашнем ЧМ), почти гарантированно – Суй / Хань, которые и в доковидные времена избирательно подходили к стартам из-за проблем со здоровьем.

Отмена финала Гран-при – провал федерации: за 2 года там не придумали, как проводить турниры в пандемию, и забили на юниоров

Вряд ли откажется от финала большинство юниоров.

Для них пандемия – катастрофа: если взрослые старты ISU хотя бы иногда пытается сохранить и провести в формате пузыря со строгими карантинными мерами, то подростки не видели крупных турниров очень давно. Больше всех потеряла американка Изабо Левито, которая за несколько дней до отмены турнира снялась с него из-за травмы – ее место заняла Анастасия Зинина. Вряд ли Левито отказалась бы от путевки, если бы знала, что турнир сдвинется на несколько месяцев вперед.

Иными словами, участники для финала Гран-при найдутся, где бы и когда бы он ни состоялся. Но главный вопрос сейчас в том, сколько еще турниров не попытается спасти международная федерация.

Олимпийский сезон – время подписаться на телеграм-канал автора

Источник: sports.ru

Похожие статьи

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован. Обязательные поля помечены как (обязательное)

13 − тринадцать =