«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Прорваться к игрокам НБА.

Этим летом Адам Сэндлер выпустил «Прорваться в НБА» («Хасл»). Это не только претендент на лучший спортивный фильм года, но и наиболее точная иллюстрация того, как выглядит рай по версии самого Адама Сэндлера. По сюжету он изображает тренера-скаута, но, на самом деле, просто подбадривает баскетболистов, перешучивается с Кенни Смитом, созванивается с Дирком Новицки, благоговеет перед Доком Риверсом…

Короче, наслаждается погружением в НБА.  

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Сэндлер никогда не был великим актером, но зато он открыл великий жанр – изображать самого себя, среднестатистического американца, чьи сокровенные мечты чудесным образом воплощаются в жизнь. И в каком-то смысле одновременно с этим всегда выступал и голливудской версией Билла Симмонса – фаната спорта, получившего возможность прикоснуться к миру спорта и вставить его лучшие части в свои фильмы, насколько это позволяли бюджет и здравый смысл.

Многие актеры фанатеют от спорта. Например, известно, что на съемках «Одноклассники 2» присутствовали несколько человек, которые таскали повсюду огромный телевизор и спутниковую тарелку, потому что Адам Сэндлер не мог пропустить важные матчи любимых команд. Когда действие перенеслось на водные просторы, то оруженосцы актера тоже забрались со своей амуницией на лодку.

В прошлом году Сэндлер сильно удивил экс-бейсболиста Кевина Юкулиса, когда заявил, что и в 55 лет просмотр спортивных игр по-прежнему приводят его в полнейший восторг. Домашние сторонятся от него, когда он переживает за «Никс», а сам он стремится оказаться на трибунах при малейшей возможности.

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Сэндлер родился в Бруклине, но в возрасте пяти лет переехал в Новую Англию. Это было в 80-х и «Бостон» как раз переживал все величие эры Лэрри Берда, но вечный комик по жизни Сэндлер предпочел хранить верность «Никс» (о чем всегда жалеет) и даже в противостояниях «Селтикс» и «Филадельфии» сопереживал Джулиусу Ирвингу и его товарищам.

«Я уже не расстраиваюсь из-за поражений «Никс», – говорил он. – Я трезво смотрю на вещи. Я даже больше бешусь, когда они все же побеждают. Ору: «Как такое вообще случилось?»

Но в этом нет чего-то уникального.

Гораздо колоритнее то, что Сэндлер как будто готов выходить на площадку везде и всегда. Пугающие сводки о появлении несуразного человека в мешковатой одежде (Сэндлер предпочитает марку «Basketball City») и солнцезащитных очках доносятся из разных концов Америки и Канады. Он сам рассказывал, что часто просто садится в машину, отправляется на известные уличные площадки и бегает с абсолютно незнакомыми людьми. То он зарубился с владельцем «Далласа» Марком Кьюбаном, то с какими-то 12-летними в Атлантик-Сити, то с игроком НБА в Дьюке, то с рандомными полицейскими. Как-то ему пришлось фотографироваться с женихом и невестой в Бока-Ратон, когда его застукали играющим на парковке.  

«Сэндлер отличается от любой другой знаменитости, он выглядит и ведет себя как самый обычный чувак, – объяснял сценарист Кен Мийамото. – Когда ты работаешь сценаристом, то обычно ищешь возможности, чтобы наладить контакт с подобными людьми. И встречая его, я мог бы немного рассказать о своих проектах или попросить его о встрече. Но с Адамом это кажется неправильным. Он настолько клевый и настоящий, что ты не хочешь портить этот момент».

Баскетбольная площадка – обязательный элемент восстановительных процедур во время съемок любого фильма Сэндлера. Сам он всегда называет ее «Счастливый Мэдисон-Сквер-Гарден».

«Я познакомился с Сэндлером на баскетбольной площадке, – рассказывал продюсер «Неограненных алмазов» Себастьян Бер-Макклард. – Не было ни одного дня – даже если нас разделяет 4 тысячи километров – чтобы он не появился в моей жизни с вопросом: «Сегодня рубимся? На площадке через полчаса. Приходи». Спорт – это очень важная часть его жизни, это глубочайший катарсис, нечто среднее между курсом по управлению гневом, медитацией и физкультурой… Он очень ловкий, очень умелый. Он как еврейский Род Стрикленд. Хороший дриблинг, резкий первый шаг и убийственный бросок со средней».

Настроен Сэндлер всегда серьезно – в 2008-м он даже сломал голеностоп, когда чересчур увлекся баскетбольными занятиями. В 2013-м ему пришлось перенести операцию на плече, которое он повредил на паркете. И, конечно, квинтэссенция баскетбольных похождений – это случай из 2015-го, когда Сэндлер заявился с фингалом на шоу Джимми Киммела. Выяснилось, что он проколол шину, остановился, но, пока ждал помощи, заметил, что по соседству на улице играют в баскетбол, не мог не присоединиться к парням, немного побегал и неудачно врезался в метко поставленный заслон.

Его стаж крайне ограничен: Сэндлер занимался баскетболом лишь в школе, да и то, как он говорил сам, лишь потому, что тренеру нравилось, как он играет на гитаре. В интервью с Дэном Патриком он вспоминал, как его ненавидели все партнеры: после тренировок им приходилось бегать дополнительные «челноки» из-за того, что их музицирующий партнер никогда не мог уложиться в нужное время. Он сам признавался, что, играя сейчас, всегда отдает передачу, потому что знает, что в кольцо не попадет.

Но при этом он явно не может не играть в баскетбол.

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

И во многих своих фильмах Сэндлер обязательно вылезает на площадку, даже если сюжет этого вовсе не требует. Он уничтожал малолеток в «Билли Мэдисоне», повторил прыжок Майкла Джордана в «Никки, дьяволе-младшем», бросал по кольцу в «Чак и Ларри: пожарная свадьба» и «Неограненных алмазах», играл в баскетбол в «Одноклассниках», во «Все или ничего» и даже в мультяшном виде в «Восемь безумных ночей».

Сэндлер – болельщик не только «Никс», но еще и «Лейкерс». Его приходы в Staples Center породили одно из самых чудовищных явлений в современном кинематографе – обязательное присутствие в его фильмах Шакила О’Нила, с которым все стало более-менее понятно после «Джина вызывали» и «Мистера стали».   

Сэндлер требовал, чтобы О’Нил сгибал колени при выполнении штрафных.

О’Нил требовал, чтобы Сэндлер взял его хоть в какое-нибудь кино.

Есть две версии появления О’Нила в фильмах Адама Сэндлера.

По одной – Сэндлер пообещал Шаку, что снимет его столько раз, сколько титулов тот завоюет. О’Нил получил четыре трофея, после чего проник в «Одноклассники 2», «Такие разные близнецы», «Смешанные» и «Хэллоуин Хьюби». Друганы Сэндлера – Роб Шнайдер, Стив Бушеми, Джон Туртурро, Норм Макдональд – переходили из одного его фильма в другой, и в какой-то момент к этой компании присоединился и О’Нил. Сам Сэндлер утверждает, что, по мнению остальных комиков, центровому удается достигать гораздо более смешного эффекта, чем у них самих. Но кажется, роли Шака доставляют удовольствие только ему самому, а еще актерам, которые получают возможность поиграть в баскетбол с легендой.

По другой версии Сэндлер все ищет разные возможности, чтобы подглядеть, что там у Шака в штанах. По крайней мере, сам он на этом настаивал: «Играем мы в баскетбол, Шак всех накрывает, все прутся от восторга. Тут наступает время съемок, и ему надо принять душ. Все говорят: «Окей, до встречи». А я в этот момент думаю: «Я просто обязан увидеть пенис Шака. Не могу упустить такую возможность». Это не гейская тема, просто такое надо увидеть. Мой план был проникнуть в раздевалку. Захожу в душевую, пробираюсь бочком-бочком, думаю: «Ну, сейчас увижу штуку Шака». А там стоит его охранник. Он такой огромный и сильный, с толстенной шеей. Смотрит на меня одним глазом. Я тут же извинился и ушел: «Пожалуйста, не говорите Шаку, что я здесь был». Потом мы с Шаком встречаемся на съемочной площадке, и я так и думал, что охранник меня сдал. Говорю: «Шак, извини за все это, за всю эту историю с охранником». «Каким еще охранником?! У меня нет охранника, это был мой член».   

На самом деле, дружеские отношения между О’Нилом и Сэндлером запечатлены в довольно странном взаимном признании.

Сэндлер создал свою Гору Рашмор, на которую не взял Джордана и Леброна, на зато поставил Кобе, Айверсона, Макаду и Шака.

О’Нил же хвалил баскетбол в исполнении Сэндлера: «Он в полном порядке. Не на уровне профессионала, но на уровне обычного баскетбола в зале он в полном порядке».

Главная и многократно повторяющаяся роль Сэндлера – это великовозрастный чувак, который бесится/едва сдерживает бешенство по поводу того, что все вытирают об него ноги, но в итоге чудесным образом все же подчиняет себе судьбу и самоутверждается над теми, кто его все это время недооценивал.

(Есть сильное подозрение, что это не просто роль).

В «Управлении гневом» это перевоплощение случается за считанные минуты. И для него отводят максимально уместное – с точки зрения Сэндлера – место, стадион «Янкиз», где присутствуют и мэр Нью-Йорка Джулиани, и Дерек Джетер, и заполненные трибуны, перед которыми всегда сдерживающий себя герой должен сделать предложение.

Не нужно отдельно проговаривать, что Сэндлер – фанат «Янкиз». Это гораздо лучше показано в другой сцене того же фильма: он отправляется в Бостон и оказывается в гостях у Хизер Грэм, на которой белье «Ред Сокс», команды, которую больше всего ненавидит реальный Сэндлер. (Он не только отказался заниматься любовью с Хизер Грэм, но и отказался заниматься любовью с Хизер Грэм в трусах «Ред Сокс». Что в мире Сэндлера, видимо, означает высшую добродетель).

Но стадион «Янкиз» здесь – это гораздо больше, чем просто любовь Сэндлера к клубу.

Здесь и символизм Нью-Йорка как столицы мира: раз подобное произошло в Большом Яблоке, значит, могло случиться где угодно.

Здесь и признание «Янкиз» как особенной для Америки команды с грандиозной историей и признание вообще MLB как турнира, который всегда позиционировал себя как национальную лигу и национальный вид спорта.

Здесь и поклон Нью-Йорку после 11 сентября, именно поэтому тут появляется Руди Джулиани в качестве мудреца, определяющего судьбу главного героя.

Спорт – сквозная тема всех фильмов Сэндлера. Однако именно Арена – с точным адресом, названием и местоположением – в них всего одна, та, на которой возможны чудеса.

Бейсбол – это спорт, которым Сэндлер занимался дольше всего: пик его баскетбольной карьеры пришелся на 8 лет, в американский футбол он играл до 12, а вот в бейсболе он оставался вплоть до 15.

После выхода «Хасла» Сэндлер рассказал, что теперь мечтает сделать нечто похожее уже с участием бейсболистов.

Пока же бейсбол в его фильмах – это всегда типичная для Америки часть взаимоотношений между отцом и сыном: эта тема выстраивается и в «Смешанных», и в «Такие разные близнецы», и в уже совсем абстрактном виде в легендарной сцене из «Папы-досвидоса». Основано на личном опыте: Сэндлер как-то рассказывал, что если при просмотре баскетбола «Никс» дети предпочитают держаться от него подальше, то бейсбол наоборот подразумевает совместное посещение стадионов и многочасовое общение с семьей.   

Однако его главный успех в бейсболе на данный момент – это скетч об истории возникновения игры из «Нелепой шестерки», несколько забавных минут из одного из официально худших фильмов всех времен.

Они подружились на съемках «Миллионера поневоле». Ровно в тот момент Макинрой посмотрел на себя иначе: «После появления фильма с Адамом Сэндлером ко мне подошли около тысячи человек, которые повторяли:  «Да это же парень из «Миллионера поневоле». Они и понятия не имели о том, что я когда-то играл в теннис. Это показалось мне довольно забавным».

После такого успеха Макинрой просто не мог не появиться в созданном будто под него «Управлении гневом». Уровень самоиронии заоблачный.

Правда, вышла небольшая неувязка. Эту сцена с теннисистом Сэндлер вырезал из фильма, а тот узнал об этом лишь после выхода картины в прокат. Макинрой как раз пировал в мексиканском ресторане с друзьями и чересчур (по собственным признаниям) налегал на коктейли, когда ему все же позвонили с объяснениями. «Привет, Джонни»… «Какого хера, Адам?!» «Эм, не знаю… Просто у тебя не очень хорошо получилось»… Тут Макинрой – раззадоренный маргаритами и шумом в ресторане – включил макинроя так красочно, что потом аж получил от жены за учиненный Сэндлеру скандал. Его особенно расстроило, что для этой сцены ему пришлось действительно напрягаться: он прилетел на съемки из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, а оттуда сразу же отправиться в Париж на French Open.

Сцену позже вставили в европейские версии фильма. Но Макинрой признал, что Сэндлер был прав в негативной оценке его выступления (такое бывает в фильмах Сэндлера!).

Их сотрудничество продолжилось и дальше.

Дружба с Сэндлером, по всей видимости, предполагает, что все, что первоначально могло показаться достойным юмора, стирается в абсурд самоповторов. Но хотя бы в том числе благодаря Сэндлеру Джонни Мак продемонстрировал отсутствие комплексов по поводу того, что для нового поколения он остался на все сердитым господином, называющих всех направо и налево идиотами.

Его присутствие в этих фильмах кажется совсем необязательным, а экспрессивность вряд ли понятна кому-то, кроме теннисных болельщиков, однако когда подобная логика останавливала Сэндлера?

В отличие от Шака, Макинрой всегда предстает в образе самого себя, а не актерствует. Так что в какой-то момент Сэндлер даже сделал ответный поклон: овладел еще и теннисом и вышел с Макинроем вместе на корт.

Назвал ли Мак его при этом идиотом, так и осталось за кадром.

Казалось бы, «Хэппи Гилмор» – это десять шуток о деревянном протезе, усатый Бен Стиллер, издевающийся над старушками, худший болельщик-тролль в истории спорта, эпичная драка с Бобом Баркером, ну ладно, еще полуголая Джули Боуэн в фантазиях главного героя…

И тем не менее через 25 лет после выхода фильма самые известные гольфисты мира, включая Тайгера Вудса, Рори Макилроя, Дастина Джонсона и Коллина Морикавы, облачились в майки хоккейных «Брюинз», чтобы восстановить нестандартную технику удара, которую когда-то выдумал Адам Сэндлер. Собственно, картина с этого и начиналась – Сэндлер специально встретился с режиссером Деннисом Дуганом, чтобы тот убедился в том, что его эксклюзивная задумка не только не выглядит нелепо, но останется в истории как знаковый момент для всего гольфа.  

У истории «Хэппи Гилмора» существовал реальный прототип: друг детства Сэндлера Кайл Макдона так и не попал в НХЛ (хотя поиграл на профессиональном уровне в Дании, Швеции и Норвегии), но зато на поле для гольфа бил куда сильнее, чем сам актер. И тот счел, что дело не в каких-то физических отличиях, а исключительно в том, что Макдона тренируется на льду.   

Все остальное – абсурд и произвол, который должен был стереться из сознания сразу же после просмотра.

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Однако «Гилмор» – один из самых успешных фильмов Сэндлера, он идеально зашел его целевой аудитории (школьникам и прочим лоботрясам) и в результате превратился в культовое кино, изменившее – как утверждали на The Athletic – целое поколение этих самых лоботрясов. Несколько легендарных хоккейных сцен, романтические покутушки на коньках под «Бесконечную любовь», типичные наряды Сэндлера на фоне строгого дресс-кода игры, выскочивший на поляну «Вольксваген Жук», Ричард Кил, злодей из фильмов Бонда, в роли друга и болельщика Гилмора, шутка про то, что «я – единственный в истории хоккея, кто снял с себя коньки, чтобы ими драться», и один из самых запоминающихся кинонегодяев Шутер Макгэвин – все это каким-то непонятным образом уничтожило в памяти все те множественные недостатки, за которые фильм изначально размазали критики.

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Забавно, что представители гольфа тоже были настроены крайне скептически. Консультантом картины выступал профессиональный гольфист Марк Лай. Он был в шоке от предлагаемого Сэндлером непотребства и утвердил лишь пятый вариант сценария, где многие заходы – кощунственные в отношении гольфа – пришлось смягчить.

Часть культа «Хэппи Гилмора» – это, например, роль Ли Тревино. Один из величайших гольфистов создал самую меметичную фигуру 90-х: его персонаж оказывается в ненужном месте каждый раз, когда происходит что-то ужасное, и осуждающе покачивает головой. Пусть Тревино попал в списки лучших камео спортсменов, сам он при этом неоднократно повторял, что недоволен собственным участием и ни за что не стал бы сниматься в «Счастливчике», если бы только прочитал сценарий и лучше понимал феномен Сэндлера. Тревино особенно расстроило то, что участники картины позволяют себе крепкие выражения на таком священном месте, как поле для гольфа.

Тут можно было бы поспорить. В фильмографии Адама Сэндлера действительно есть целых два фильма, вписанных в мир американского футбола, но, строго говоря, они не об американском футболе.

«Водонос» – это архетипичная сэндлеровская история для подростков: так как подростки вечно страдают от буллинга, а захват из американского футбола – это легальный способ отомстить хулиганам и при этом как бы не опускаться до недопустимого насилия, то его герой оказывается самым талантливым лайнбэкером округи и потрошит всех вокруг. Вряд ли в истории футбола был лайнбэкер хотя бы с 15 процентами такого влияния на итоговый результат, каким обладает Бобби Буше, однако ненависть к обидчикам – единственная суперсила главного героя, так что здесь приходится отходить от реалий спорта. Вместе с этим подростки обычно страдают от гиперопеки родителей, не дающих им заниматься опасными вещами вроде американского футбола (как было с реальным 12-летним Сэндлером), так что и в этом травмоопасный вид спорта оказывается полезным для фантазий Сэндлера по утверждению над всеми, кто когда-либо мешал ему жить.

«Водонос» принес Сэндлеру больше всего денег в прокате (186 млн долларов, это самая успешная спортивная комедия в истории кино). Но, конечно, не потому, что его действие связано с футболом. Футбол просто очень удобен для решения всех низкопробных (по мнению осудивших картину критиков) задач, и зрелищность спорта подхватывает историю в те моменты, когда и сказать уже кажется нечего.

«Все или ничего» и вовсе не фильм Сэндлера, это просто римейк «Самого длинного ярда», мимо которого Сэндлер просто не мог пройти из любви к спорту в целом. Критиков в целом разочаровало то, что он вышел за рамки традиционного образа нервного идиота/неумехи/инфантильного баклана/мямли/тихони, и не смог ни принести чего-то нового, ни удачно повторить лучшие черты оригинала. Когда ему нужно было изображать крутого футболиста, ведущего за собой уголовников, устраивающего феноменальные кутежи, организующего погоню в стиле О Джея Симпсона, это все выглядело неуместно, так как в Сэндлере сложно было не разглядеть уже четко выстроившуюся вереницу  одинаковых придурочных персонажей.

Американский футбол и здесь решает все поставленные сценарием задачи, но вот аутентичность Сэндлера как будто под вопросом. Через много лет он признал, что участие во «Все или ничего» было ошибкой: «Процесс шел. Они делали фильм. Все выглядело круто, и я подумал: «Раз они его делают, то почему бы мне там не появиться?!»  Но сравнивать то, что получилось, с оригиналом не имеет никакого смысла.  Прошло все нормально. Кое-что купили нам домой… Но само кино бессмысленное».

И все же, на самом деле, любовь к американскому футболу пронизывает все творчество (ну или промышленное производство как бы комедий, если вам так больше нравится) Адама Сэндлера. Известный поклонник «Джетс» разбросал страстные признания повсюду: убедил бывшего тренера Рекса Райана появиться в «Папе-досвидосе», приобрел нью-йоркскую команду в «Миллионере поневоле», заставил не одного персонажа притопить за «чертовых «Джетс».

Упоминать Крюса здесь вроде бы неправильно. Все же он давно уже больше актер, нежели лайнбекер НФЛ. Но черт, он все же был лайнбекером в НФЛ, а на экране он всегда изображает здоровяка Терри, в котором тяжело не узнать того самого футболиста с произвольно издевающимися над вами бицепсами.

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Крюс переквалифицировался самостоятельно, но сам всегда подчеркивает, что полноценным актером стал благодаря Сэндлеру: «Именно он запустил мою карьеру». Тот так впечатлился его появлением в «Белых цыпочках», что специально переписал роль во «Все или ничего». Чизбургера Эдди должен был играть какой-нибудь толстяк, но ядреному обаянию Крюса оказалось столь же сложно сопротивляться, сколь сложно не улыбаться каждый раз на моменте «It ain’t easy being cheesy».  

С тех пор Крюс, кажется, выступает раз в пять смешнее, чем Сэндлер. И при этом все равно остается ему благодарным и все равно по каждому зову возвращается в новые проекты – вместе они сделали уже пять картин.

И все чаще кажется, что Крюс – то немногое смешное, что в них есть.

Когда он не переживает из-за того, что не совсем белый.

То обычно поет.

Обязательные камео людей из спорта – для фильмов Сэндлера вещь настолько обыденная, что ее можно и не выделять.

Вот топ-10 самых выразительных:

Реслер Боб Сэпп в роли Свитовски.

Сирена Уильямс как спутница Питера Динклэйджа.

Лоуренс Тэйлор с вечным посылом: «Не употребляете крэк».

Энди Роддик в роли «хорошо выглядящего парня в самолете».

Билл Уолтон с горящей головой.

Дэн Марино, который не может договориться с дьяволом, болельщиком «Джетс».

Бэрон Дэвис как учитель физкультуры.

Бобби Найт, которому не нужны курсы по управлению гневом.

Майкл Ирвин, избивающий Сэндлера в баскетбольной игре во «Все или ничего».

Вообще все из «Хасла», но особенно Хуанчо Эрнангомес, Энтони Эдвардс и Бобан Марьянович.

Однако топ-1 – это, конечно, Кевин Гарнетт в «Неограненных алмазах: оценки актерских способностей форварда находятся в диапазоне между «Гарнетт – главный алмаз фильма» до «Гарнетт – лучший из баскетболистов, пробующих себя в качестве актера».

Гарнетт действительно хорош. Да, он играет себя, но неровный, тревожный ритм картины требует от всех актеров органичной вовлеченности – и он ее дает наравне с остальными. Подает голос в хаосе крика, изображает одержимость магией потерянного булыжника, рисует спектр эмоций в ювелирном магазине… 

Тем более удивительно, что Гарнетт оказался в фильме случайно.

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

Изначально баскетболиста, попадающего под очарование алмазов и переживающего отличную, плохую и снова отличную игры, должен был изображать Амаре Стаудемайр, форвард «Никс», любимой команды братьев Сэфди, режиссеров «Алмазов».

Съемки перенеслись.

И со временем вводные изменились: режиссеры получили больше денег на проект, а Стаудемайр не захотел возвращаться в начало десятых и менять прическу. Тогда Сэфди договорились об участии Кобе Брайанта – центральным матчем уже должна была стать игра, в которой тот набрал 61 очко в Мэдисон-Сквер-Гарден.

Они переписали сценарий, но Кобе передумал: он решил, что хочет быть режиссером, а не актером.

Новым героем должен был стать Джоэл Эмбиид, крайне активный центровой «Филадельфии», который выразил заинтересованность и в этом проекте.

Здесь возникла другая проблема: сложно было задействовать в съемках действующего игрока с его загруженным расписанием.

Так Сэфди пришли к неожиданной фигуре.

«Мы должны были ему звонить, и меня выворачивало, – объяснял Джошуа Сэфди. – Болею за «Никс», и когда вижу имя Кевина, то инстинкт говорит мне: «Я ненавижу его. Не хочу, чтобы он и близко подходил к моему фильму». Мы поговорили с ним – я сообщил ему, что ненавижу его. А затем осознал, что ненавижу его из-за того, что он просто невероятный игрок».

Сам Гарнетт скромно оценивал свое выступление, но все остальные заходились в комплиментах.

«Вы понимаете, как он старался на площадке – наверное, раза в три сильнее, чем в НБА, – говорил продюсер фильма Себастьян Бер-Макклард. – И именно в этом его уникальность. Он потел перед камерой так, как будто шла четвертая четверть матча плей-офф. Потел невероятно. Потел на уровне Патрика Юинга. Между первым и пятым дублем мы начинали думать: «Вот дерьмо, а они вообще сойдутся? Потому что он уже весь мокрый. Это было невероятно».

Гарнетт тем удивителен, что фильм ни разу не эксплуатирует его баскетбольный образ помешанного – КейДжи не кричит, не кусается, не дерется, не трэшит, не пробивает головой стену… На самом деле, здесь он уходит и от сдержанности послематчевых интервью, и от психопатичности площадки, и от искусственной бодрости своего телешоу – Гарнетт другой. Возможно, и не настоящий, но эмоционально совершенно непривычный.

***

Все это, впрочем, возможно лишь на территории Адама Сэндлера, который то ли в шутку, то ли нет всегда считал себя полноправной частью спортивного мира. И постепенно убедил в этом окружающих: через провальные «Все или ничего» и «Запасные игроки» он пришел к «Неограненным алмазам», «Хаслу» и основанной на реальных событиях «Домашней игре».

«Спорт для него – глубочайший катарсис». Путеводитель по спортивной вселенной Адама Сэндлера

В «Неограненных алмазах» есть такой момент. Черный друг спорит с персонажем Сэндлера.

– Что с тобой не так, почему вы, евреи, так сходите с ума по НБА?

– Чтобы ты знал, вообще-то первые очки в истории НБА набрал Осси Шектман, он играл за «Нью-Йорк» в 1946-м.

Возможно, что-то в этом есть.

Источник: sports.ru

Похожие статьи

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован. Обязательные поля помечены как (обязательное)

15 − четыре =