Марио Хезоня: «Что буду делать после завершения карьеры? Уеду жить в лес со своими собаками»

От редакции: вы читаете официальный блог лиги ВТБ на Sports.ru.
 
Марио Хезоня: «Что буду делать после завершения карьеры? Уеду жить в лес со своими собаками»

 

Лидер УНИКСа Марио Хезоня дал интервью «Виду сверху». В нем хорватский форвард рассказывает о переходе в казанскую команду, адаптации в России, о своем аккаунте в Instagram и о планах после завершения карьеры.

— Вы говорили, что решающим при переходе в УНИКС стал тот факт, что команду возглавляет Велимир Перасович. Почему?

— Мы с ним давно знаем друг друга. Он тренировал меня в сборной Хорватии. Да и к тому же он был невероятным игроком. Не знаю, насколько другие люди понимают, как хорош был Перасович-игрок. Он, например, несколько раз становился лучшим бомбардиром испанского чемпионата — лучшей лиги Европы. Думаю, он отлично мне подходит. У нас схожий игровой стиль. Перасович – прекрасный тренер и психолог. Ну и то, что мы соотечественники, тоже сыграло свою роль, ведь здесь, в России, у меня никого нет. Так что это было очень легкое решение. Я и не думал почти. Конечно, с «Панатинаикосом» ситуация была непростой. «Пао» — моя любимая команда, после возвращения в Европу я выступал за них. Но у нас не получилось продлить сотрудничество. Так что вариант с УНИКСом был наилучшим решением.

— Вы с тренером общаетесь за пределами зала?

— Нет. Я просто не особо общительный человек: встречаться с кем-то, вместе время проводить — это вообще не про меня. Но мы с ним говорим на одном языке, этого уже более чем достаточно. Ну и видимся мы с тренером порой по 10 часов в день: тренировки, матчи, перелеты.

— Ты сказал, что «Пао» — твой любимый клуб. Как так получилось?

— Клубный цвет «Панатинаикоса» — зеленый. Это мой любимый цвет. Давно это было, кажется, в 2011-м, когда «Финал четырех» принимала Барселона, там играли «Монтепаски», «Реал», «Маккаби» и «Панатинаикос». Ясное дело, поддержать «Пао» приехала целая куча фанатов. Тогда я впервые увидел их вживую. Не только греческих фанатов, но и остальных, их было нереально много. Тогда я и проникся атмосферой «Финала четырех», понял, насколько большое это событие. Я тогда играл в «Загребе» и мы выиграли юниорскую Евролигу. В перерыве финала между «Панатинаикосом» и «Реалом» нам вручали трофей. После этого все мои одноклубники вернулись на свои места, а я просто зашел на фанатский сектор «Пао» и остался там. И самые ярые фанаты, которые везде за командой ездят, даже запомнили меня и потом, когда я перешел в «Барселону», меня не трогали. В Греции всех забрасывали какими-то посторонними предметами, а меня нет. Марио получал только объятия. Из года в год наша связь только крепла. Я следил и продолжаю следить за футбольным и баскетбольным «Панатинаикосом». И с греческими фанатами я оставался близок. Даже в НБА постоянно рассказывал о них в интервью, общался с ними в соцсетях. Ну и когда оказался в Греции, попал в эпицентр их поддержки. Для меня это большая честь. У нас с «Пао» взаимная любовь.

 

— Вы в России уже несколько месяцев. Как идет адаптация?

— Адаптация идет хорошо. Мне все нравится. Хотя здесь определенно все по-другому. Что конкретно? Ну, взять хотя бы вашу таможню. Я ее просто не выношу. Мне хочется прямо сейчас поехать в Шереметьево и… нехороших слов им наговорить. Сюда ничего невозможно заказать из-за границы. Я ведь не бомбы заказываю, а одежду, например. Я же не преступник, я в баскетбол играю. Так почему постоянно такие проблемы? 

Если бы я был русским таможенником, я бы, наверное, тоже так рьяно свою страну охранял. Так что я вижу эту ситуацию только со своей позиции. Но с ними сложно иметь дело. Все только на русском. Я немного могу читать, знаю буквы, но все равно… Не создавайте проблемы людям, которые не пытаются создать их вам.

На самом деле, в остальном все очень хорошо! Мне все нравится. Особенно еда — вот чего уж не ожидал от Казани. Чак-чак? Нет, не пробовал. Ни чак-чак, ни борщ. Из традиционных блюд не ел ничего. Не то чтобы я чего-то боюсь – я вообще ничего не боюсь — просто не было времени и возможности попробовать. Иду и ем туда, где нравится, времени на эксперименты нет. 

— Ну должны же быть у вас хоть какие-то трудности. Все-таки иностранец в России…

— Я немного понимаю по-русски, так что как такового языкового барьера у меня нет. Но по-английски тут вообще никто не говорит. Но это тоже только с моей позиции так все выглядит. Москва — интернациональный город. А в Казани… Мне все равно непонятно, как можно работать в отеле или в ресторане в Казани, в динамиках у вас играет американская музыка, а языка вы совсем не знаете. Мне кажется это странным. 

Но если посмотреть на ситуацию с другой стороны… вот я русский, живу себе в России — самой большой стране в мире. С чего мне вообще говорить с кем-то на английском, когда мне русского вполне хватает. 

Ну вот, видите, я теперь их защищаю. Получается, они правы, а я нет. Это мне нужно русский учить. Чтобы понимать окружающих или что-то заказать. Раньше я был противником этой позиции, а потом понял и защищаю ее. Ничего в ней такого нет. Я бы поступал точно также. 

Марио Хезоня: «Что буду делать после завершения карьеры? Уеду жить в лес со своими собаками»

— Ты приехал в Казань в футболке с надписью «Дайте мне мяч и прочь с дороги». На ней и нецензурное слово есть. Никаких последствий не было?

— Из-за этой футболки тренер на меня очень разозлился. Он решил, что это я таким образом посылаю команде месседж. Но на самом деле, это была единственная футболка моего размера у меня дома в Хорватии. Я же там не жил, вот и одежды не было! Объяснял ему, а он мне: «Да-да-да. Это ты сообщение нам пытался послать?» Так что ничего особенного, никакого скрытого смысла. Но футболка эта мне нравится.  

— Как выглядит обычный день Марио Хезони?

— Я встаю, открываю шторы, впускаю в квартиру свет. Потом у меня медитация и йога. Дальше тренировка. Я здесь, на арене, очень много времени провожу. Потом еду обедать. Ну или беру навынос. И еду отдыхать в квартиру. Ждать следующей тренировки или игры. Ну и обязательно сон. Много сна. 

— А в свободное время чем занимаетесь? Может, в кино ходите?

— Не хожу в кино. Ничего такого не делаю. Все, что нормально для вас, ненормально для меня. Когда ты профессиональный спортсмен, ты должен быть эгоистом. Мне нужно заботиться о своем теле, давать ему отдыхать, готовиться физически и психологически. А это все занимает время. Это профессионализм, рутина, можно сказать. Я понимаю, что многое теряю. Да у вас жизнь сейчас в десять раз интереснее чем у меня, не сомневаюсь. Но чтобы чего-то добиться, нужно чем-то жертвовать. Так что у меня нет времени на то, чтобы общаться с людьми, гулять, ходить в кино, ни на что из этого.

Марио Хезоня: «Что буду делать после завершения карьеры? Уеду жить в лес со своими собаками»

— В чем ваша главная цель?

— Моя главная цель — побеждать. В каждом матче. С индивидуальной точки зрения все очень просто — я хочу быть лучшей версией себя. Доминировать. А с командной — выигрывать. Это Европа, здесь имеют значение только победы и поражения. Да, тут тоже любят ярких игроков и хайлайты, но в европейском баскетболе только результат имеет значение. Никто не вспомнит отдельных игроков, может, только самых стабильных. Так что в целом ситуация здесь очень отличается от НБА — все завязано на результате. 

— Вы, наверное, единственный спортсмен с верифицированным профилем в Instagram, который ни на кого не подписан. Почему?

— Мне нет никакого дела до остальных. В хорошем смысле, понимаете? Меня не интересует ваша личная жизнь. Неинтересно, что вы выкладываете в ленту. Чем вы живете, кому ставите лайки — ничего из этого меня не заботит. Я хочу видеть чистый экран, когда открываю приложение. В инстаграме я иногда смотрю на машины и на собак.

Как по мне, хорошо бы соцсетей вообще не было. Честно говорю. Соцсети — зло, абсолютное зло, инструмент контроля. Люди там ведут себя странно. Это похоже на общественный туалет. Понимаете? Приятного мало. Большинство пользователей соцсетей скрываются под масками. Они чувствуют себя безнаказанно, а ведь часто люди настроены по отношению к другим злобно и даже агрессивно. Поэтому я от соцсетей максимально далек. Ничего общего с реальностью они не имеют.

— В вашем Instagram есть фотографии в память о Кобе Брайанте и Дражене Петровиче. Кто из них большая легенда?

— Кто большая легенда? Сложный вопрос. Кобе Брайант! Господи… Почему так сложно-то? Петрович или Кобе? Трудный выбор. Для нас, хорватов, Петрович значит столько же, сколько Кобе для всего остального мира. На самом деле, они стоят на одной ступени. К сожалению, мы начинаем ценить величие других людей только после их смерти. 

— В одном из интервью вы упоминали, что никогда в жизни не перешли бы в «Реал». А какие еще вещи можно внести в этот список? Чего никогда не сделает Марио Хезоня?

— Я никогда не буду ненастоящим… Я… да не знаю… Стану ли я когда-нибудь блогером? Черта с два! Не дождетесь. Боже мой! Это был бы самый скучный блог в истории! Нет. Нет и еще раз нет! Ничего из этой современной ерунды. 

— Вы когда-нибудь думали, чем будете заниматься после завершения карьеры?

— Да, думал. Я буду жить где-нибудь в лесу со своими собаками. И никто не будет знать, где меня найти.. Буду заниматься своими делами. Постараюсь жить в максимальной изоляции.

— И вам не будет одиноко?

— Я один, но я не одинок. До этого состояния души нужно дойти.

Источник: sports.ru

Похожие статьи

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован. Обязательные поля помечены как (обязательное)

15 − 12 =